Академик Георгий Георгиев. Организация науки в России.
Борьба за спасение программы «Молекулярная и клеточная биология»

В 2008-2009 гг. из-за идущей в стране инфляции финансирование программы МКБ стало явно недостаточным. Гранты должны были быть увеличены хотя бы в полтора раза. Вместо этого, в 2010 г. бюджет РАН был сокращен на 10%, а финансирование МКБ почти на треть. Гранты снизились с 4 млн. руб. до 2,7 млн. руб. в год. Это фактически полностью подрывало программу. 119 ученых обратились по этому поводу к руководству страны с открытым письмом.

Полный текст письма опубликован на сайте Полит.ру под заглавием «119 ведущих биологов страны обратились к Медведеву и Путину с открытым письмом о судьбе программы «Молекулярная и клеточная биология».

ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО
Президенту Российской Федерации Д.А. МЕДВЕДЕВУ
Председателю Правительства Российской Федерации В.В. ПУТИНУ

Глубокоуважаемый Дмитрий Анатольевич,
Глубокоуважаемый Владимир Владимирович,

Обращаемся к Вам с просьбой выделить относительно небольшое дополнительное бюджетное финансирование с тем, чтобы не дать погибнуть конкурсной программе Президиума РАН «Молекулярная и клеточная биология», (МКБ), являющейся одним из главных фундаментов для приоритетного направления технологического прорыва России — развития медицины. В рамках этой программы найдены пути решения большинства Ваших требований, предъявляемых к организации науки в России.

В конце 2009 г. один из нас (Г. Георгиев) обращался к Вам с письмом, где отмечал крайнюю опасность сокращения бюджета РАН, ибо оно ударит по самым сильным работам. Сейчас такое сокращение состоялось, и все негативные последствия вышли наружу. Естественно, РАН должна выплачивать установленную законом зарплату, как и обеспечивать институты теплом и электричеством. Поэтому в первую очередь страдает дополнительная поддержка работ мирового уровня, которая снизилась в среднем на 26%. Между тем, именно эти исследования РАН являются наиболее сильными в российской фундаментальной и социально ориентированной науке.

Мы далее останавливаемся на положении в МКБ, где являемся специалистами. Научная и практическая значимость МКБ очевидна: в передовых странах на биомедицину, основной составляющей которой является МКБ, расходуется около 50% всех отпускаемых на науку средств.

Программа МКБ в течение 7 лет успешно решала две основные задачи:

(1) Она поддерживала достаточно крупными грантами наиболее сильные и продуктивные лаборатории и научные группы РАН, что позволяло им работать на самом передовом мировом уровне. Для отбора по конкурсу сильнейших созданы простые и ясные схемы, основанные на учете объективных показателей продуктивности. Была организована и экспертиза проектов учеными, имеющими наиболее высокие объективные показатели. Конкурс абсолютно прозрачен: были заранее известны правила конкурса; все результаты, включая промежуточные, публиковались, чтобы сделать возможными их проверку участниками и апелляцию в независимый Контрольный совет. В конкурсе нет места для коррупции.

(2) Программа поддерживала быстрый рост талантливых молодых ученых через конкурс на «Новые группы». На него подают заявки сильные и продуктивные молодые ученые, не имеющие еще независимой позиции. В случае выигрыша гранта им предоставляется руководство самостоятельной группой и возможность реализации собственных идей. Таким образом, создается будущее нашей науки. Этот тип конкурса открыт и для наших молодых граждан, эффективно работающих за рубежом, с целью помочь вернуть сильных ученых в Россию.

В результате работы программы МКБ получены многочисленные научные результаты мирового уровня и обгоняющие мировой уровень в таких центральных областях современной науки, как регуляция работы генов, контроль синтеза белка, протеомика, стволовые клетки и других.

Разработаны и готовы к клинической проверке инновационные технологии диагностики и терапии основных социально значимых болезней: злокачественных опухолей, болезней нервной системы, последствий инсультов, вирусных заболеваний, включая СПИД, инфекционных болезней, в частности, туберкулеза и целого ряда других. Подготовлен для использования и ряд биотехнологических инноваций. К программе присоединились ученые Сибири, Дальнего Востока, Урала.

Наметилась тенденция снижения оттока из России молодых талантливых ученых в области МКБ, так как теперь есть лаборатории, в которых можно работать на высоком современном уровне. Перспектива получить независимость и реализовать собственные идеи через Новые группы особенно привлекательна для молодых талантов. Ряд российских успешно работающих на Западе ученых подает на конкурс МКБ, причем отбираются только лучшие. Тем самым начала решаться проблема возвращения по-настоящему сильных соотечественников. Таким образом, программа МКБ — это внедренная в жизнь реальность, приносящая очевидные позитивные результаты

Из-за 7-летней инфляции программа остро нуждались в удвоении размеров грантов. Вместо этого, в 2010 г. произошло резкое сокращение ее финансирования, почти на треть: с 260 до 185 млн. руб. по Центральному региону.

В результате возникла угроза срыва работы именно тех лучших научных коллективов, которые ведут работу на самом передовом уровне и от которых зависят наша фундаментальная наука и будущие инновации. Выходит, что мы уничтожаем лучшее, что у нас есть в области биомедицины и биотехнологии.

У ученых, ведущих эти работы, теряется чувство уверенности в завтрашнем дне и усиливаются мотивы, толкающие их к эмиграции, особенно учитывая растущую поддержку науки на Западе. У молодежи исчезает перспектива. Грозит новая волна кадровых потерь и повторение разрушительной для российской науки ситуации 90-х годов. Вся семилетняя работа по восстановлению сильной молекулярной и клеточной биологии в нашей стране находится под угрозой краха.

Мы видим два возможных выхода из создавшегося положения.

(1) Более простой — перевод необходимых для нормального функционирования программы МКБ дополнительных средств в РАН с указанием целевого назначения без права использования на другие нужды. На 2010 г. речь может идти о 400-500 млн. руб. на все регионы страны.

(2) Наиболее радикальное решение — создание Российского Научного Центра (или Фонда) Биомедицины, по образцу Медицинского Института Ховарда Хьюза, с той разницей, что финансирование велось бы из бюджета. Ему американская наука обязана многими достижениями, такой центр (см. приложение 4), не подчиняя себе институты, объединил бы и финансировал лучшие лаборатории нашей биомедицины независимо от принадлежности их к той или иной системе. Поддержка подразделений и создание Новых групп проводилось бы по принципам, реализуемым в программе МКБ. Объем средств, распределяемых таким Центром, по нашим оценкам, составлял бы 3-4 млрд. руб. в год.

Осуществление любого из этих вариантов жизненно важно для МКБ, и могло бы служить экспериментом для внедрения аналогичных схем в другие области науки. Мы очень надеемся и рассчитываем на конструктивную помощь.

Академики РАН: Власов ВВ, Гвоздев ВА, Георгиев ГП, Георгиев ПГ, Гительзон ИИ, Грачев МА, Гречкин АН, Жимулев ИФ, Журавлев ЮН, Ильин ЮВ, Кнорре ДГ, Колчанов НА, Макаров АА, Мясоедов НФ, Никольский НН, Овчинников ЛП, Свердлов ЕД, Спирин АС, Стоник ВА, Тарчевский ИА, Шувалов ВА. (21)

Чл.-корр. РАН: Булгаков ВП, Гнучев НВ, Гурский ГВ, Дегерменджи АГ, Деев СМ, Костров СВ, Кочетков СН, Кузнецов ВВ, Лукьянов СА, Магазаник ЛГ, Можаева ГН, Недоспасов СА, Разин СВ, Рысков АП, Фесенко ЕЕ, Финкельштейн АВ, Цетлин ВИ, Четверин АБ, Чизхмаджев ЮА. (19)

Доктора наук: Арсеньев АС, Белявский АВ, Беляева ЕС, Бонч-Осмоловская ЕА, Буздин АА, Воробьев ВИ, Гарбер МБ, Галзитская ОВ, Георгиева СГ, Графодатский АС, Долгих ДА, Евтушенко ЛИ, Евгеньев МБ, Жарков ДО, Животовский ЛА, Закиян СМ, Зарайский АГ, Зуев ЮФ, Казанцев ВБ, Казначеева ЕВ, Капрельянц АС, Карапетян НВ, Карпов ВЛ, Карпова ГГ, Колб ВА, Крамеров ДА, Кроленко СА, Кудрявцева НН, Кульбачинский АВ, Купраш ДВ, Лебедев ЮБ, Красновский АА, Левицкий ДИ, Лимборская СА, Михайлов СН, Невинский ГА, Никонов СВ, Новоселов ВИ, Пермяков ЕА, Попова НК, Парфенов ВН, Поспелов ВА, Прасолов ВС, Пинаев ГП, Савицкий АП, Сащенко ЛП, Северинов КВ, Семешин ВФ, Таранин АВ, Тихонов ДБ, Туманян ВГ, Туроверов КК, Фролова ЛЮ, Четверина ЕВ, Чумаков ПМ, Шпаковский ГВ. (56)

Кандидаты наук: Артамонова ИИ, Барлев НА, Головнин АК, Губанова НВ, Калмыкова АИ, Киселева ЕВ, Коробко ИВ, Кочетов АВ, Кравченко ЮЕ, Краснов АН, Кропотов АВ, Кырчанова ОВ, Ларин СС, Мельникова ЛС, Морозова КН, Никитин ЕС, Пантелеев МА, Пестов НБ, Пышный ДВ, Савицкий МЮ, Тиллиб СВ, Томилин АН, Чудаков ДМ. (23)

Всего 119 подписей.

Параллельно в Российской газете была опубликована моя статья, пересказывающая основные положения открытого письма.

«Российская газета» - Федеральный выпуск №5163 (84)

Спасти молекулярную биологию в России.

119 ученых обратились к президенту РФ и премьер-министру с письмом о тревожной ситуации, складывающейся в сфере отечественной молекулярной биологии. Среди авторов письма — большинство ведущих, признанных в мире в данной научной области российских ученых. Среди них 21 академик и 19 членов-корреспондентов РАН, 56 докторов наук и 13 кандидатов наук. О сути обращения «РГ» рассказывает академик РАН Георгий Георгиев.

Речь идет о том, что из-за сокращения в этом году финансирования РАН может, по сути, погибнуть программа президиума РАН «Молекулярная и клеточная биология» (МКБ), а с ней и вся соответствующая область науки в России. Возможно, это касается и других программ, но мы, как специалисты, пишем только об МКБ. Важно подчеркнуть место этого направления в науке XXI века, и особую ее важность для России. Именно оно должно обеспечить фундамент для прорыва в медицине, которая заявлена руководством страны, как один из главных приоритетов развития России. Кстати, в ведущих странах на биомедицину сегодня расходуется около 50 процентов, из выделяемых на всю науку средств.

Научная программа МКБ действует более семи лет. Помимо чисто научных задач, она позволила решить принципиальные проблемы организации науки, на которые неоднократно указывало руководство страны. Прежде всего, речь идет о требовании не «размазывать» деньги равномерно, а избирательно поддерживать сильных. Программа МБК выделяла крупные гранты наиболее сильным лабораториям и научным группам, что позволяло им работать на мировом уровне. Отбор сильнейших идет по принятым во всем мире предельно прозрачным критериям, которые отражают самое главное — эффективность работы коллектива и ученого. Проводится и экспертиза заявок сильнейшими по объективным показателям учеными. Все этапы конкурса печатаются в интернете и открыты для апелляции.

Программа МБК решала и другую важнейшую задачу — быстрый рост талантливых молодых ученых. Для этого был объявлен конкурс «Новые группы». Выиграв грант, они получали возможность создать и возглавить независимый коллектив для реализации собственных идей. И уже было видно, что сокращался отток из России молодых талантливых ученых в области МКБ. Таким образом, создается будущее нашей науки. В данном конкурсе участвуют и молодые россияне, эффективно работающие за рубежом. Из них отбираются лучших. То есть можно говорить о возврате успешных ученых—соотечественников.

Полученные по программе МКБ фундаментальные результаты соответствуют мировому уровню, а некоторые его опережают. Что касается социально ориентированных исследований, то к клинической проверке готовы уже принципиально новые методы диагностики и терапии многих тяжелых заболеваний, в частности, онкологических, вирусных, включая СПИД, инфекционных, в том числе туберкулеза и т.д. В программе активно работают ученые учреждений РАН из Сибири, Дальнего Востока, Урала.

Но все эта работа оказалась под угрозой. Из-за постоянной инфляции программа МКБ в этом году нуждались в удвоении величины грантов. Вместо этого, ее финансирования урезано почти на треть: с 260 до 185 миллионов рублей по Центральному региону. То есть, исследования всех коллективов придется сильно свернуть. Выходит, мы уничтожаем лучшее, что у нас есть в области биомедицины и биотехнологии. Ученые теряют уверенность в завтрашнем дне, и начинают смотреть на Запад, особенно учитывая растущую там поддержку науки. Как следствие, нас может накрыть новая волна кадровых потерь и повторение разрушительной для российской науки ситуации 90-х годов. Действительно, в 2010 г. эмиграции сильных ученых снова началась. Вся семилетняя работа по восстановлению в стране молекулярной и клеточной биологии мирового уровня находится под угрозой краха.

Ученые видят два возможных выхода из создавшегося положения. Самый простой — увеличение целевого финансирования программы МКБ на всю страну на 400-500 миллионов рублей в год с 2010 года. Ждать далее нельзя. Есть и другое более радикальное решение — создание государственного Российского Научного Центра (или Фонда) Биомедицины, по образцу знаменитого Медицинского Института Ховарда Хьюза, играющего огромную роль в развитии американской науке. Такой центр, не подчиняя себе институты, объединил бы и финансировал лучшие лаборатории нашей биомедицины независимо от их ведомственной принадлежности. Объем средств, распределяемых таким центром, может составлять 3-4 миллиарда рублей в год. Осуществление любого из вариантов жизненно важно для МКБ, и могло бы стать полигоном для внедрения аналогичных схем в другие области науки.

Развитие событий по письму 119-ти.

Письмо было направлено в РАН и Минобрнауки, откуда пришли следующие ответы.










Таким образом, Президиум РАН отметил, что денег на дополнительную поддержку программы нет, но в случае выделения в РАН запрошенной суммы она будет направлена целевым образом на программу МКБ.

Минобрнауки сочло обращение справедливым и направило в Минфин письмо с просьбой выделить дополнительно на программу по 500 млн. руб. на 2011-2013 гг. Я побывал на приеме у замминистра Минобрнауки С.Н. Мазуренко. В конце концов, запрос на выделение дополнительного финансирования программы вошел в заявку Минобрнауки в Минфин на дополнительное финансирование.

Приложение.

Мои попытки связаться с представителями Минфин для объяснения ситуации закончились неудачей — директор Департамента бюджетной политики в отраслях социальной сферы и науки от встречи уклонялся до тех пор, пока рабочая группа Минфина не вынесла постановление об отклонении запроса Минобрнауки.

По этому поводу я обратился со следующими письмами к руководству страны.

Председателю Правительства Российской Федерации
В.В. ПУТИНУ

Глубокоуважаемый Владимир Владимирович,

31 августа стало известно, что рабочая группа Минфина по подготовке федерального бюджета на 2011-13 гг. отклонила просьбу о дополнительном финансировании программы «Молекулярная и клеточная биология» (МКБ), несмотря на то, что она была поддержана Минобрнауки, РАН и Минздрав-соцразвития в ходе выполнения поручений Правительства РФ от 22.04.10 и от 02.06.10 по письму 119-ти ученых РАН.

Это решение разрушает одну из немногих, если не единственную, программу развития фундаментальной и социально ориентированной науки, которая соответствует Вашим требованиям к организации науки, изложенным в докладе на майской сессии Общего собрания РАН: (1) избирательное финансирование наиболее сильных и дееспособных научных групп, без размазывания денег среди слабых подразделений; (2) выявление сильных подразделений по конкурсу на основе объективных и прозрачных показателей; (3) полная открытость конкурса, исключающая коррупцию; (4) создание новых сильных научных групп под руководством наиболее успешных молодых ученых.

Именно на основе этих принципов в стране сейчас поддерживается 130 подразделений, из которых 24 вновь создано в рамках программы. Восемь лабораторий в России возглавляется сильными учеными, вернувшимися из-за рубежа на гранты программы.

Программа была создана в 2003 г., благодаря росту поддержки РАН со стороны государства, и с ее помощью достигнуты существенные результаты в развитии российской науки. Общее финансирование программы для ее нормального функционирования в настоящее время должно составлять около 750 млн. руб. в год для всей страны. Из них РАН в 2010 г. смогла выделить 245 млн. Запрашиваемая у Минфина разница равна 500 млн. руб. в год.

Для сравнения, в странах Европы и США на МКБ расходуется около половины всех средств, выделяемых на науку. Столь высокая поддержка МКБ в передовых странах связана с тем, что данное направление является основным фундаментом медицины. В России медицина объявлена одним из пяти главных приоритетов инновационного развития.

В 2009-10 гг. мы обращались к руководству страны с письмами, обосновывающими необходимость усиления поддержки программы, учитывая прошедшую с 2003 г. инфляцию, рост цен и увеличение числа сильных научных групп. Однако в 2010 г. произошло снижение ее финансирования по Центральному региону почти на треть.

Это уже привело к тому, что целый ряд сильных молодых ученых-кандидатов наук, успешно работавших в лабораториях, поддержанных программой, в 2010 г. покинуло страну. Они потеряли веру в то, что в России можно стабильно и плодотворно работать. В 2011 г. при сохранении существующего положения эмиграция резко возрастет, и нам грозит в области МКБ возврат к 90-м годам.

Ситуация усугубляется крайне высокой конкуренцией за кадры в МКБ на западе. В прошлые годы, несмотря на эту конкуренцию, нам удавалось удержать в России лучшую, талантливую молодежь, которой у нас немало, а также привлекать из-за рубежа на постоянную работу успешно работающих там соотечественников. Теперь от всего этого придется отказаться.

Распад программы нанесет вред и таким федеральным проектам, как поддержка университетов и Сколково. Резко уменьшится число разработок для инноваций, а, главное, молодые ученые (будущие кадры для указанных проектов) не смогут получать подготовку в лабораториях, работающих на мировом уровне.

Поддержка программы МКБ сыграла бы важную роль и в переходе других программ на принципы отбора сильнейших, объективности, прозрачности и поддержки новых сильных научных групп, что способствовало бы развитию нашей науки в целом.

Как координатор программы МКБ, я обращаюсь к Вам с просьбой поддержать просьбу 119-ти ученых и пересмотреть решение Минфина.

В заключение, разрешите пригласить Вас посетить наш Институт биологии гена РАН. На его примере видно, как с помощью программы МКБ успешно сочетаются фундаментальные исследования на мировом уровне с разработками для инновационного развития медицины.

С уважением, Георгиев Георгий Павлович, академик РАН, член Академии Европы, Академий Германии, Испании и Норвегии, член Европейской Молекулярно-Биологической Организации, Лауреат Ленинской и Государственных премий СССР и РФ.



Президенту Российской Федерации
Д.А. МЕДВЕДЕВУ

Глубокоуважаемый Дмитрий Анатольевич

Еще раз обращаюсь к Вам с письмом, учитывая важность проблемы. Ранее в моих письмах (первое — в декабре 2009 г.) и письме 119 ведущих молекулярных биологов отмечалось, что важнейшая область науки — молекулярная и клеточная биология, МКБ, (50% общего финансирования науки в передовых странах запада), являющаяся фундаментом современной медицины, после 7-летнего подъема, обеспеченного программой МКБ, в настоящее время входит в период обвала.

Вместо роста финансирования (за 7 лет размеры грантов не выросли, несмотря на инфляцию), в 2010 г. произошло снижение финансирования программы почти на треть (с 4 до 2,8 млн. руб. на лабораторию в год).

Хотя наши обращения находили положительный отклик в Администрации Президента РФ и были поддержаны Минобрнауки, Минздравсоцразвития и РАН, обращение Минобрнауки об усилении финансирования МКБ в 2011-2013 гг. было отвергнуто Минфином, причем чиновники Минфина до принятия негативного решения отказывались от обсуждения вопроса.

Программа МКБ является, по общему признанию, наиболее прозрачной и некоррумпированной, она избирательно поддерживает наиболее сильные лаборатории, создает новые группы под руководством талантливых молодых ученых и возвращает на постоянную работу в Россию наиболее продуктивных соотечественников, т.е. обеспечивает и будущее нашей науки. Она могла бы стать эталоном для конкурсного финансирования всей российской науки. Из-за снижения финансирования с 2010 г. начался новый этап эмиграции сильных ученых в области МКБ, и нам грозит возврат к 90-м годам.

Поэтому обращаюсь с просьбой о поддержке МКБ либо напрямую, либо через программу модернизации России. Небольшими средствами можно спасти важное дело, от которого зависит будущее нашей медицины.

В заключение, разрешите пригласить Вас посетить Институт биологии гена РАН, где фундаментальные разработки в МКБ дают важные выходы в медицину.

Координатор программы МКБ, академик РАН Г.П. Георгиев.

Последнее письмо из пресс-центра Президента РФ направлено г-ном Бородаем в Минфин РФ, откуда пришел следующий ответ.



Ясно, что ответ готовился не заместителем министра, а не слишком грамотным чиновником. Мне приписывается утверждение, что наиболее эффективные фундаментальные исследования проводятся в ИБГ РАН ( на что в моем письме нет и намека), после чего идут разъяснения по этому поводу, а в заключение предлагается воспользоваться грантами ФЦП (которые запрещено выдавать на фундаментальные исследования), РФФИ (где годового гранта хватит на зарплату одного среднего сотрудника) или, что особенно «трогательно», Российского гуманитарного научного фонда (комментарии излишни!!!).

Поэтому я еще раз направил письмо в пресс-центр Президента РФ.

Президенту Российской Федерации
Д.А. МЕДВЕДЕВУ

Глубокоуважаемый Дмитрий Анатольевич,

Еще раз обращаюсь к Вам по крайне важному вопросу о кризисе фундаментальной биомедицины (ФБМ) и путях выхода из него. Без сильной ФБМ у нас не будет и инновационной медицины, которую Вы стремитесь развить. Надеюсь, что это письмо дойдет до Вас. Предыдущее в начале 2011 г. было переправлено в Минфин, откуда пришел, мягко говоря, странный ответ.

Единственной программой, реально поддерживающей ФБМ, является программа «Молекулярная и клеточная биология» Президиума РАН, созданная мной в 2003 г. Она абсолютно прозрачна, финансирует объективно сильнейшие лаборатории и молодые таланты. Это признается широкими научными кругами (сайт STRF и др.).

До 2008 гг. программа выдавала гранты размером до 4 млн. руб. в год научному коллективу на 5 лет. Это привело к увеличению числа сильных фундаментальных работ, созданию своих инновационных разработок, удержанию наиболее талантливых молодых кадров и возвращению на постоянную работу в страну ряда сильных ученых.

Сегодня из-за инфляции гранты должны составлять до 8 млн. руб в год, а они в связи с сокращением бюджета РАН упали до 3,5 млн., что привело сразу к кризису программы и ФБМ в целом. В частности, резко возросла эмиграция талантливой молодежи. Для спасения программы ее финансирование надо увеличить хотя бы на 355 млн. руб. в год. Это ничтожная часть общей суммы, тратящейся на науку. С 2013 или 2014 г. для привлечения ученых из других ведомств программу можно перевести в ранг федеральных при сохранении всех ее правил.

Вопрос о поддержке программы дважды подробно и позитивно обсуждался в Администрации Президента. Однако Министерства не хотят поддерживать ФБМ и программу, говоря, что это дело РАН, а РАН ссылается на рост других, обязательных выплат: зарплаты, налоги и др.

Все отписываются, а «воз и ныне там».

Только прямое вмешательство сверху может вывести вопрос из тупика.

Г.П. Георгиев, академик Российской, Европейской, Германской и ряда др. академий наук.

Это письмо из пресс-центра было направлено г-жой Шуверовой в Президиум РАН, где оно вызвало только раздражение, так как, по-видимому, РАН действительно ничем помочь не может. На все обращения следуют отписки чиновников. Вопрос ходит по замкнутому кругу.

Некоторые из документов, направленных в Администрацию Президента РФ (по требованию) и новые обращения к Президенту РФ по поводу программы МКБ

Вопросы, поднятые в обращении 119-ти молекулярных биологов, обсуждались со мной в администрации Президента РФ. В частности, туда по запросу администрации я направил ряд писем.

В 2009-2010 гг. я обращался также со следующими письмами к Президенту РФ.

Президенту Российской Федерации
Д.А. МЕДВЕДЕВУ

Глубокоуважаемый Дмитрий Анатольевич,

В декабре прошлого года во время награждения орденом я передал Вам докладную о срочных мерах для улучшения состояния нашей науки, которая была Вами расписана А.В. Дворковичу. Кроме того, уже ему пришли письма от более чем 30 ведущих ученых в области биомедицины в поддержку моей докладной и с просьбой дополнительно усилить ключевые программы, в частности, программы Президиума РАН МКБ («молекулярная и клеточная биология») и ФМН («фундаментальные науки — медицине») помимо бюджета РАН. Иначе, мощная поддержка этих направлений в США и других странах неизбежно приведет к новой волне эмиграции молодых российских кадров.

С тех пор идет обмен письмами между ведомствами, но никакого обсуждения и принятия решения не произошло.

Сейчас поступают сведения о сокращении бюджета РАН в 2010 г. Это в первую очередь ударит по конкурсному финансированию, т.е. по поддержке наиболее сильных подразделений, создающих основную часть научной продукции. Последнее приведет к резкому снижению общего уровня нашей науки, ее полной провинциализации.

Поэтому было бы крайне важно в срочном порядке до конца года принять решение о финансовой поддержке с 2010 г. из федеральных источников хотя бы тех программ Президиума РАН, которые являются фундаментом для заявленных Вами пяти научных и технологических приоритетов. В области медицины таковыми являются программы МКБ и ФМН.

При этом важно сохранить организацию и правила конкурса, существующие, например, в программе МКБ, которые позволяют поддержать все сильнейшие подразделения страны и обеспечить создание новых научных подразделений под руководством молодых наиболее талантливых ученых, работающих сегодня в России или за рубежом в случае возвращения последних.

Стоимость двух выше указанных программ, Президиума РАН, являющихся фундаментальной основой программы «Здоровье» по Центральному региону составляет 800 млн. руб. на 2010 г., включая сюда средства, выделяемые РАН (в 2009 г. — 360 млн. руб.), + 200-300 млн. руб. на регионы.

Если этого не сделать нас ожидает новый обвал науки, сопоставимый с таковым 90-х годов.

Академик РАН Г.П. Георгиев.

Президенту Российской Федерации
Д.А. МЕДВЕДЕВУ

Глубокоуважаемый Дмитрий Анатольевич,

В конце 2009 г. я обращался к Вам с письмом, где отмечал крайнюю опасность сокращения бюджета РАН. Сейчас, такое сокращение, хотя и в меньшем масштабе состоялось, все негативные последствия его вышли наружу.

Если общее сокращение бюджета РАН на 2010 г. по сравнению с 2009 г. составило около 10%, то сокращение конкурсного финансирования — 25%. Таким образом, вместо запланированных в программе фундаментальных исследований на конкурсное финансирование в 2010 г. 22% от прямых расходов на науку, эта цифра реально составляет только 10%. Между тем, именно от конкурсного финансирования зависит поддержка наиболее сильной части нашей науки, тех научных подразделений, которые ведут работу на самом передовом мировом уровне и от которых зависят наши будущие инновации.

Винить РАН в этом не приходится: установленную законом зарплату она выплачивать обязана равно, как и обеспечивать институты теплом и электричеством. Для структурных же преобразований нужно время.

Между тем, именно в РАН выполняются наиболее сильные научные исследования, как фундаментальные, так м социально ориентированные, являющиеся основой для инноваций. Именно лучшие работы РАН страдают в первую очередь от даже относительно небольших сокращений финансирования. Кроме того, у ученых, ведущих такие наиболее сильные работы, теряется чувство уверенности в завтрашнем дне и усиливаются тенденции, толкающие их к эмиграции, особенно учитывая растущую поддержку науки на Западе. Грозит повторение разрушительных для науки 90-х годов.

Единственный выход из создавшегося положения видится в целевом дополнительном финансировании конкурсных программ из бюджетных резервов. При этом, в первую очередь можно было бы поддержать те программы Президиума РАН, которые являются фундаментом пяти приоритетных прорывных направлений технологического развития России. Для направления «Медицина» — это программы «Фундаментальные наук — медицине» и «Молекулярная и клеточная биология», в каждую из которых было бы важно направить по 350 млн. руб. И там, и там ведутся работы, которые дадут свои плоды уже в ближайшие 5-10 лет. Если сейчас эти программы разрушатся, через 5 лет никаких инноваций уже не будет.

Академик РАН Г.П. Георгиев.

На мое второе обращение по поводу поддержки программ, связанных с пятью приоритетными направлениями инновационного развития России пришел следующий обнадеживающий ответ из Администрации Президента.



Результатом, однако, явилось дальнейшее снижение финансирования программы МКБ, уже не на 25%, а на 28%. Президиум РАН посчитал программу МКБ не имеющей отношения к медицине, хотя именно в молекулярной и клеточной биологии в 21-ом веке рождаются основные инновационные лекарства и технологии для медицины. Это понимают во всем мире, кроме как у нас. Я, естественно, не мог повлиять на решение Президиума, не будучи туда приглашен. Создалась парадоксальная ситуация, когда на рекомендации администрации Президента принимается прямо противоположное решение.

Дальнейшие переговоры в администрации Президента РФ

Одновременно я встретился с помощником Президента А.В. Дворковичем, доведя до его сведения сложившуюся ситуацию.

Визит Г.П. Георгиева к А.В. Дворковичу в 2011 г.

Обсуждались следующие вопросы:

1) Новый кризис российской науки последних двух лет и его причины (на примере биомедицины).

Проявления
1.1 Новая волна эмиграции.
1.2 Нет заявок на Новые группы от работающих за рубежом.
1.3 Падение интереса к научной карьере — аспирантуре в НИИ.
и другие.

Причины:
1.1 Почти нет прозрачных конкурсных программ фундаментальных и ориентированных исследований, которые отбирали бы сильнейшие коллективы и поддерживали бы их на уровне западных. Большинство конкурсов коррумпированы. Поэтому молодым ученым негде учиться и работать.
1.2 Существующие прозрачные конкурсы, например «Молекулярная и клеточная биология» (МКБ), не только не проиндексированы, но и потеряли в абсолютном финансировании. Их гранты по размеру стали явно недостаточными.
1.3 Статья 94-ФЗ (а) помогает получать гранты халтурщикам — типичный «покер», (б) делает невозможной нормальную экспериментальную работу — темпы снижаются в 2-3 и более раз.
1.4 Выдача финансирования сильно задерживается, иногда до ноября, что полностью дезорганизует работу. Это касается грантов РФФИ, РАН, Минобрнауки и других. Из-за неповоротливости чиновников страдают не они, а вся наука России.
1.5 Бумажная перегрузка заявок и отчетов не позволяет ученым-лидерам заниматься наукой.

2) Простые меры по его устранению.

Необходимо осознание того, что без развития соответствующих областей фундаментальной и ориентированной науки невозможно появление инновационных технологий и подготовка высококвалифицированных кадров.
2.1 Поддержка прозрачных конкурсных программ типа МКБ финансированием, в первую очередь по пяти прорывным направлениям. Дополнительные минимальные необходимые затраты для МКБ на сегодня составляют 195 млн. руб. на вторую половину 2011 г. и 355 млн. руб. на 2012 г. Эти цифры меньше заявленных ранее 500 млн. руб., так как учтено увеличение финансирования от РАН (на 40 млн.) и отменен дополнительный конкурс в 2011 г., который, вообще говоря, был бы очень полезен, ибо появились новые сильные коллективы. Создание новых программ со сходными правилами: сравнительно большие, от 4 до 8 млн. руб. в год, гранты на 5 лет; прозрачные конкурсы с учетом объективных показателей, поддержка сильных лабораторий, уже доказавших свою дееспособность, формирование Новых независимых групп под руководством наиболее сильных молодых ученых, в т.ч. из-за рубежа.
2.2 Немедленная отмена 94-ФЗ в отношении научных грантов (их получения и реализации). Финансирование по грантам с начала года.
2.3 Резкое упрощение конкурсов Минобрнауки (МОН), уменьшение бумаготворчества. Уменьшение числа промежуточных отчетов и введение оценки по результату.
2.4 Прямая закупка реактивов и оборудования у фирм, если нет быстрого и дешевого посредника. Между заказом и получением — не более 1 месяца. Снижение таможенных сборов с материалов, идущих по перечню грантов (подобно Сколкову).
2.5 Облегчение обмена образцами для грантодержателей: образцы из других стран — без таможни и всяких ограничений, из России — за подписью директора института.

3) Создание федеральных программ фундаментальных и ориентированных исследований по прорывным направлениям Президента РФ, начиная с 2012 г..
3.1 Для развития прорывных направлений, сформулированных Президентом РФ, и на базе программ Президиума РАН целесообразно сформировать федеральные программы фундаментальных и ориентированных исследований, чтобы привлечь к их выполнению весь научный потенциал страны (ВУЗы, ведомственные институты и т.д.).
3.2 Эти программы должны функционировать на принципах, реализуемых в программе МКБ: прозрачность конкурсов и учет объективных показателей продуктивности, минимальное обременение бумажной макулатурой, поддержка наиболее сильных подразделений, работающих на мировом уровне и создание новых независимых научных групп, руководимых талантливыми молодыми исследователями. На ближайшие 3-4 года размеры грантов должны составлять от 4 до 8 млн. руб. в год. Стандартные гранты следует выдавать сроком на 5 лет.
3.3 На первом этапе финансирование академических, ВУЗовских и Минздравовских подразделений должно производиться раздельно, чтобы не подавить науку в неакадемических институтах. Программы РАН, переходящие в статус федеральных должны дополнительно поддерживаться государством и для институтов РАН.
3.4 Деньги на работу должны выдаваться с начала года и равномерно в течение года или, лучше, сразу все в начале года. Расходование средств должно вестись максимально свободно без обязательных аукционов, что ведет к большим потерям и замедлению работы. Вообще, для всех грантов следует законодательно запретить задержку начала финансирования более, чем на 1 месяц. <3.5 Оценка работы проводится на конференциях раз в 1,5 года и по конечному результату.

4) Принятая Минобрнауки и РАН Программа аудита и оценки институтов содержит серьезные ошибки. Простые пути исправления. Проведение «эксперимента» в этом направлении.
4.1 Принятая ая МОН и РАН система аудита и оценки института перегружена сбором информации, ничего не говорящей о силе института. Проводить оценку можно только путем анализа эффективности каждого подразделения института, каковые и являются основными научными единицами.
4.2 Опыт проведения такой оценки имеется: ее организовал 4 года назад автор при поддержке академика А.И. Григорьева по всем лабораториям Отделения, работающим в области МКБ. К сожалению, результаты не были использованы при принятии решений по сокращению, хотя при этом выявилось около 25% «мертвых лабораторий». Именно через оценку лабораторий, а не институтов можно выявить балласт.
4.3 Предложение — провести в 2011 г. в качестве эксперимента аудит всех лабораторий страны, работающих в области МКБ и принять на этом основании организационные выводы: ликвидация или полная реструктуризация «мертвых» подразделений и передача их ставок в сильные (возможно и в другие институты).

5) Проблема возвращения «соотечественников», ошибки и правильные пути.
5.1 Проблема была решена в рамках программы МКБ, где «возвращенцы» приезжали в Россию на постоянную работу (проводить не менее 9 месяцев в году в российской лаборатории). Примеры наиболее успешных — К. Северинов, А. Томилин и другие. <5.2 Система подорвана падением поддержки программы МКБ, появлением программы МОН, где за 2(!) месяца работы в России выдавались те же 2 млн. руб. и, отчасти, мегагрантами (50 млн. руб. за 4 месяца).

6) Сильная молодежь в российской науке и пути ее удержания.
6.1 На примере нашего института вижу приток значительного числа талантливых молодых ученых — из 16 руководителей подразделений — 6 в возрасте менее 40 лет, и еще двое должны скоро перейти в этот ранг. Много талантливых ученых дает провинция. Большинство молодых ученых хотело бы остаться в России, естественно выезжая и работая в течение какого-то времени на западе.
6.2 Для удержания талантливой молодежи надо иметь сильные и хорошо поддерживаемые подразделения, где они могли бы учиться самой передовой науке и работать на мировом уровне после защиты диссертации. Это можно обеспечить за счет грантов в 8 млн. руб., выдаваемых наиболее продуктивным лабораториям. Второе условие — возможность для талантливого молодого ученого быстро приобрести независимость. Оба условия заложены в программе МКБ. Сейчас все зависит от ее адекватной поддержки.
6.3 Третье важнейшее условие — обеспечение жильем. Решение: или служебное жилье, приватизируемое через 15 лет работы в науке в России, или кредит на покупку квартиры, тоже безвозмездно погашаемый через 15 лет. При эмиграции или уходе в коммерцию квартира или кредит возвращаются ведомству.

7) Переход от фундаментальной и ориентированной науки к инновациям — возможный механизм (на примере биомедицины).
7.1 Потенциальные инновации постоянно появляются в результате фундаментальных ориентированных исследований, поддержанных, в частности, программами РАН и МОН. Они завершаются проведением испытаний полезности данного продукта или технологии для терапии или диагностики. Однако они далее нуждаются в организации сертифицированных доклинических и клинических испытаниях и организации опытно-промышленного и промышленного производства. Эти этапы не финансируются грантами МОН, а фирмы, как правило, рисковать не хотят — им хватает дженериков.
7.2 Для решения проблемы важны две меры: (а) упрощение системы создания частно-государственного партнерства, (б) создания фонда для организации частно-государственных венчурных (рисковых) фирм. Венчурный фонд для биомедицинских инноваций создается при Минздраве. Последний объявляет конкурс по широкой тематике (например, терапия опухолей) или по узкой для решения какого-то очень важного практического вопроса. Оценку перспективности поданных на конкурс проектов дает Научный совет при Минздраве на основании объективных показателей силы коллектива и экспертной оценки социальной и/или коммерческой значимости, оригинальности и реалистичности проекта.
7.3 Далее возможны два пути. (а) Фонд создает совместно с разработчиками венчурную фирму под конкретную инновацию, где основная доля принадлежит государству. Менеджер от Минздрава выполняет функции генерального директора (в частности, ведет всю организационную и бумажную работу), а руководитель разработки — председателя совета директоров. (б) Другой вариант — одна из фармацевтических фирм по договору с разработчиками создает дочернюю венчурную фирму, куда входят также и менеджер от Минздрава. Средства, выделенные венчурной фирме, идут на проведение сертифицированных доклинических и клинических испытаний и организацию опытно-промышленного и промышленного производства. Разработчики участвуют в них, предлагая оптимальные варианты и улучшая технологию по ходу работы. В случае успеха венчурная фирма продается фирме-производителю (по цене, существенно превышающей затраты) с выделением определенной доли разработчикам и менеджеру, или (реже) она сама становится производителем продукта или поставщиком технологии.
7.4 Здесь не рассматривается прикладные разработки известных технологий или препаратов, аналоги которых прошли клинические испытания (например, создание известных лекарств). Это дело фармацевтических фирм или Минздрава, проводящих соответствующие работы силами самой фирмы или в выбранной ими по конкурсу лаборатории.
7.5 Сходные механизмы можно использовать и по другим направлениям.

А.В. Дворкович отнесся к проблеме с пониманием и рекомендовал опубликовать соответствующие статьи на сайте i-Russia, что я и сделал.

Статья, опубликованная 28.06.2011 г. на сайте i-Russia.

Кризис российской фундаментальной биомедицины и пути выхода из него.

Ни одна страна без развитой фундаментальной и фундаментальной социально ориентированной науки не может рассчитывать на успешное инновационное развитие экономики. Заявленные Президентом РФ Д.А. Медведевым пять прорывных направлений без поддержки сильной фундаментальной науки обречены на провал. В статье речь пойдет только о развитии медицины и ее фундамента — молекулярной и клеточной биологии (МКБ), но, думаю, то же самое, вероятно, справедливо и для других четырех прорывных направлений.

Лаборатории, работающие на передовом мировом уровне в области фундаментальной науки, обеспечивают, во-первых, высокий общий уровень науки в стране и престиж последней, во-вторых, создание основы для действительно крупных и оригинальных инновационных разработок, в-третьих, рост сильных руководящих молодых кадров, т.е. создание будущего науки, и, в-четвертых, обеспечение квалифицированными кадрами не только самой фундаментальной науки, но также университетов, прикладной и инновационной деятельности. На пустом месте, без хорошо подготовленных кадров последние не смогут успешно развиваться.

Не зря в США, лидирующих в области медицины, в фундаментальную биомедицину, в частности, МКБ, вкладывается более 30 млрд. долларов, т.е. около триллиона руб. в год (!). Примерно 50% научного бюджета в других развитых странах также идет на МКБ. У нас же настоящей поддержки фундаментальной и ориентированной науки в области биомедицины практически нет. В России есть только одна прозрачная программа в этой области фундаментальной науки — программа Президиума РАН «МКБ», с бюджетом в 2011 г. около 260 млн. руб. на всю страну, выдающая сегодня гранты размером до 3,5 млн. руб. в год. РФФИ выдает гранты, совершенно недостаточные для проведения работы (это как бы вспомогательные гранты). Гранты Минобрнауки направлены только на прикладные работы и при этом обставлены усложненными правилами конкурса и огромным объемом бумажной работы по заявкам и отчетам.

В период 2003-2006 гг. программа МКБ обеспечивала на удовлетворительном уровне работу более 100 лучших лабораторий страны. Ее бюджет составлял 260 млн. руб. только на Центральный регион (2007 г.), что позволяло выдавать гранты размером до 4 млн. руб. в год. В результате поднялся общий уровень науки, появились оригинальные разработки для инноваций, возникли новые лаборатории и группы во главе с молодыми талантливыми учеными, сократился отток из страны сильных молодых ученых и начался процесс возвращения в Россию успешных ученых из-за рубежа.

Однако по мере роста инфляции размеры грантов стали явно недостаточными и уже в 2009 г. нуждались примерно в удвоении (до 8 млн. руб. в год на максимальный грант). В декабре 2008 г. я передал письмо об этом Президенту РФ Д.А. Медведеву. Мои материалы были направлены на рассмотрение в администрацию Президента. Хотя общее отношение к предложениям было в целом положительным, реальных решений принято не было.

В 2010 г. финансирование программы МКБ не только не было увеличено, но на фоне 10% сокращения бюджета РАН было снижено на 28%, т.е. поддержка максимального гранта упала с 4,0 до 2,8 млн. руб. в год, что фактически подорвало программу.

Результаты не замедлили сказаться. Сразу начался процесс эмиграции сильных ученых из лабораторий, поддерживаемых программой, и уменьшилось число высокорейтинговых международных публикаций. Исчезли полностью заявки на создание новых групп от наших ученых, работающих за рубежом. Это не удивительно, так как переехавшие в Россию на постоянную работу ученые неожиданно лишились почти трети финансирования! Уменьшилось число поступающих в аспирантуру по МКБ.

Тогда 119 молекулярных биологов страны обратились к Президенту и Председателю Правительства с просьбой о дополнительной поддержке МКБ в объеме 400-500 млн. руб. в год на страну, начиная с 2011 г. Эта, сравнительно со стоимостью других проектов, небольшая сумма спасла бы в нашей стране от развала одно из главных направлений мировой фундаментальной науки.

Обращение, разосланное руководством страны в ряд ведомств, нашло поддержку в Минобрнауки, Российской академии наук (РАН) и Минздравсоцразвития. Минобрнауки обратилось в Минфин с просьбой дополнительно финансировать программу МКБ через РАН в объеме 500 млн. руб. (менее тысячной доли от того, что выдается на МКБ в США), однако рабочая группа Минфина вычеркнула эту строку из проекта бюджета. При этом чиновники Минфина отказались даже обсуждать вопрос с координатором программы.

Далее я встретился с Президентом РАН, объяснив драматическую ситуацию с МКБ, где есть мощный потенциал к серьезному развитию и налицо прозрачная, защищенная от коррупции система распределения средств. В результате объем финансирования был увеличен в 2011 г. на 40 млн. руб., что, однако, не позволило даже достигнуть уровня 2009 г. Это, как сказал мне Президент Ю.С. Осипов, максимум того, что он мог сделать при растущих расходах РАН по обязательным статьям. Другие программы Президиума РАН вообще в 2011 г. увеличены не были. Без дополнительного и обязательно целевого вливания на программу (с чем РАН согласна) ничего сделать нельзя.

На сегодня же создался замкнутый круг. С одной стороны, чиновники Минфина отговариваются тем, что все расходы РАН должны идти только из бюджета РАН, а вмешиваться в бюджет РАН они не имеют права. С другой стороны, руководство РАН само существенно увеличить финансирование МКБ не может, в частности, из-за ряда обязательных расходов (фиксированная базовая зарплата, налоги, инфраструктура и т.п.) Обе стороны, по своему, правы. Однако и та, и другая ищут объяснения, почему ничего нельзя сделать, но не стремятся найти решение вопроса.

В результате страдают государственные интересы. Поэтому только вмешательство государства способно сдвинуть ситуацию с мертвой точки.

Сейчас еще не поздно все исправить, если поддержать программу на второе полугодие, доведя размеры полного гранта на 2011 г. до 6 млн. руб. Для этого Центральный регион РАН нуждается в сумме 165 млн. руб. (разность между необходимой минимальной суммой в 390 млн. руб. и выделяемыми из бюджета РАН 225 млн. руб.). Остальные регионы, где финансирование программы в 2009 г. снижено не было, нуждаются примерно в 30 млн. руб. Общая дополнительная поддержка в этом году, таким образом, должна была бы составить 195 млн. руб.

В 2012 г. необходим уровень дополнительной поддержки программы в размере 355 млн. руб. Тогда максимальный грант составит 8 млн. руб. в год. Далее размеры финансирования было бы целесообразно увеличивать постепенно, с учетом поступательного развития нашей науки, появления новых сильных подразделений, а также для индексации, связанной с инфляцией.

Приводятся минимальные цифры. Они меньше ранее заявленных 400-500 млн. руб., поскольку произошло небольшое увеличение поддержки со стороны РАН и отменен дополнительный конкурс в 2011 г., который, вообще говоря, был бы очень полезен, ибо появились новые сильные коллективы.

Между тем, руководство страны выделяет на науку немалые средства. Если бы их небольшая часть пошла бы на целевое развитие программ фундаментальной науки, в частности, МКБ, мы имели бы существенный прорыв. К сожалению, эти средства идут в основном на новые, часто мало проработанные программы, вместо поддержки того сильного и апробированного, что у нас сохранилось и успешно развивалось.

В дальнейшем одним из решений мог бы служить перевод с 2013 или 2014 г. программы МКБ в статус экспериментальной федеральной программы фундаментальных исследований, но обязательно с сохранением всех существующих правил нынешней программы МКБ. Иначе она начнет быстро бюрократизироваться и деградировать. Желательно только, чтобы финансирование подразделений РАН, РАМН плюс Минздравсоцразвития и ВУЗов на первом этапе проводилось бы раздельно во избежание конфликта интересов. Общее дополнительное финансирование такой программы от Минфин, Минобрнауки и Минздравсоцразвития определилось бы после проведения конкурса, который показал бы, сколько еще сильных подразделений (помимо РАН) существует в стране. Такой конкурс можно было бы провести в середине 2012 или 2013 г. В случае успеха эксперимента он стал бы эталоном для построения других федеральных программ фундаментальных исследований на пяти прорывных направлениях, сформулированных Президентом РФ.

Текст был передан из Администрации Президента РФ (А.В. Дворковичем) в Правительство РФ (А.Д. Жукову), который разослал ее по министерствам.

Из Минсоцздравразвития, Минобрнауки и Минфин пришел общий ответ, где повторяются те же фразы, что и в письме Минфина, вплоть до рекомендации обратиться в РГНФ (!).





Поскольку вопрос по-прежнему ходит по замкнутому кругу и никак не решается, я еще раз направил письмо к Президенту РФ, где обратил внимание именно на это ненормальное положение.

Президенту Российской Федерации
Д.А. МЕДВЕДЕВУ

Глубокоуважаемый Дмитрий Анатольевич

Ваша мысль о народном правительстве необычайно плодотворна и может исправить нынешнюю ситуацию. Но для этого нужен ответственный персонал на пути от граждан к Вам или Вашим ближайшим помощникам. Мои 2 обращения к Вам касались тупика, в который зашел вопрос о поддержке фундаментальной биомедицины, необходимой для и создания инновационной медицины (один из Ваших 5 приоритетов).

Дело в том, что позиции министерств (прежде всего, Минфина) и РАН невозможно согласовать. Министерства: «фундаментальную науку поддерживает РАН, а не мы», хотя денег у них на науку — в избытке. РАН: «Наш бюджет сокращают, растут обязательные выплаты, денег нет». Мои же письма о том, как выйти из тупика, посылаются либо в Минфин (г-н Бородай), либо в РАН (г-жа Шуверова). Ясно, что на это следуют очередные отписки: из Минфина, в частности, с рекомендацией обратиться в фонд гуманитарных исследований! И это же «предложение» было озвучено в письме от имени трех министерств. В итоге, дело стоит на месте более двух лет, а важнейшая область науки, выведенная на удовлетворительный уровень в 2003-2008 гг., быстро разрушается.

При этом я не случайный человек с улицы, а один из создателей молекулярной биологии высших организмов, академик РАН, Европейской, Германской, Испанской и Норвежской академий, лауреат Ленинской и Госпремий СССР и РФ, награжден орденами Ленина и тремя «За заслуги перед отечеством». Я никогда не занимал высоких административных постов в РАН, но зато хорошо знаю, как делается настоящая наука. Ряд моих оргпредложения сейчас используются министерствами, хотя часто в искаженном виде. Я мог бы дать много ценных предложений и исправить ряд явных ошибок в организации науки в России, если бы нашлось лицо в государстве, готовое меня выслушать, разобраться в проблеме по существу и имеющее полномочия принимать решения, а не посылать бюрократические отписки. Очень надеюсь на Вашу помощь.

Г.П. Георгиев.

На этот раз пресс-центр (г-жа Аксенова) направила письмо на рассмотрение в Правительство РФ.

Далее не было никакой реакции. Поскольку в мае 1912 г. сменился состав Правительства, я направил новое письмо его Председателю.

Председателю Правительства России
Д.А.Медведеву

Глубокоуважаемый Дмитрий Анатольевич, В декабре 2011 г. я направил Вам следующее письмо. «Ваша мысль о народном правительстве необычайно плодотворна и может исправить нынешнюю ситуацию. Но для этого нужен ответственный персонал на пути от граждан к Вам или Вашим ближайшим помощникам. Мои 2 обращения к Вам касались тупика, в который зашел вопрос о поддержке фундаментальной биомедицины, необходимой для и создания инновационной медицины (один из Ваших 5 приоритетов).

Дело в том, что позиции министерств (прежде всего, Минфина) и РАН невозможно согласовать. Министерства: «фундаментальную науку поддерживает РАН, а не мы», хотя денег у них на науку – в избытке. РАН: «Наш бюджет сокращают, растут обязательные выплаты, денег нет». Мои же письма о том, как выйти из тупика, посылаются либо в Минфин (г-н Бородай), либо в РАН (г-жа Шуверова). Ясно, что на это следуют очередные отписки: из Минфина, в частности, с рекомендацией обратиться в фонд гуманитарных исследований! И это же «предложение» было озвучено в письме от имени трех министерств. В итоге, дело стоит на месте более двух лет, а важнейшая область науки, выведенная на удовлетворительный уровень в 2003-2008 гг., быстро разрушается.

При этом я не случайный человек с улицы, а один из создателей молекулярной биологии высших организмов, академик РАН, Европейской, Германской, Испанской и Норвежской академий, лауреат Ленинской и Госпремий СССР и РФ, награжден орденами Ленина и тремя «За заслуги перед отечеством». Я никогда не занимал высоких административных постов в РАН, но зато хорошо знаю, как делается настоящая наука. Ряд моих оргпредложений сейчас используются министерствами, хотя часто в искаженном виде. Я мог бы дать много ценных предложений и исправить ряд явных ошибок в организации науки в России, если бы нашлось лицо в государстве, готовое меня выслушать, разобраться в проблеме по существу и имеющее полномочия принимать решения, а не посылать бюрократические отписки».

В отличие от предыдущих обращений, которые направлялись или в министерства, или в РАН, это письмо из пресс-центра г-жой Аксеновой было направлено в Правительство РФ. Ответа на него я пока не имею, чему не удивляюсь в связи с проходящими переменами в Правительстве. Как бы то ни было, письмо снова возвращается к Вам. Сейчас, поскольку произошло обновление Правительства, я надеюсь на более позитивное отношение к вопросу о будущем фундаментальной биомедицины и инновационной медицины.

Привожу также выдержки предыдущего письма, направленного пресс-центром в Минфин. В нем приведена краткая история вопроса.

«В письме 119 ведущих молекулярных биологов отмечалось, что важнейшая область науки – молекулярная и клеточная биология, МКБ, (50% общего финансирования науки в передовых странах запада), являющаяся фундаментом современной медицины, после 7-летнего подъема (2003-2009 гг.), обеспеченного программой МКБ, в настоящее время входит в период обвала. Вместо роста финансирования (для индексации инфляции) в 2010 г. произошло снижение финансирования программы почти на треть (гранты снизились с 4 до 2,8 млн. руб. на лабораторию в год).

Хотя наши обращения находили положительный отклик в Администрации Президента РФ и были поддержаны Минобрнауки, Минздравсоцразвития и РАН, обращение Минобрнауки об усилении финансирования МКБ в 2011-2013 гг. было отвергнуто Минфином, причем чиновники Минфина до принятия негативного решения отказывались от обсуждения вопроса.

Программа МКБ является, по общему признанию, наиболее прозрачной и некоррумпированной, она избирательно поддерживает наиболее сильные и продуктивные лаборатории, создает новые группы под руководством талантливых молодых ученых и возвращает на постоянную работу в Россию сильных и продуктивных соотечественников, т.е. обеспечивает и будущее нашей науки. Она могла бы стать эталоном для конкурсного финансирования всей российской науки. Из-за снижения финансирования с 2010 г. начался новый этап эмиграции сильных ученых в области МКБ, и нам грозит возврат к 90-м годам. Исчезли и заявки на возвращение из-за рубежа.

Поэтому обращаюсь с просьбой о поддержке МКБ либо напрямую, либо через перевод в статус федеральных программ с сохранением правил программы РАН, но с увеличением финансирования – сегодня гранты должны составлять порядка 10 млн. руб. в год. Сравнительно небольшими средствами можно спасти важное дело, от которого зависит будущее нашей медицины.»

Очень надеюсь на Вашу помощь, Г.П. Георгиев.

К сожалению, на это письмо вообще не было реакции даже из пресс-центра. Тогда группа академиков направило следующее письмо Президенту РФ с предложением перевести программу МКБ в ранг федеральных, чтобы спасти эту важнейшую область науки.

Президенту Российской Федерации
В.В. ПУТИНУ

Уважаемый Владимир Владимирович, Обращаемся к Вам с предложением об организации Федеральных программ фундаментальных исследований на базе ряда самых приоритетных и прозрачных программ фундаментальных исследований РАН. Задача федеральных программ могла бы состоять (1) в организации конкурсного грантового финансирования наиболее сильных и продуктивных лабораторий и научных групп, сначала в рамках академических институтов, и (2) в выдаче по конкурсу грантов на создание новых независимых подразделений под руководством наиболее талантливых и продуктивных молодых ученых. Возможный вариант организации таких программ – через создание (сначала в рамках госакадемий) специализированных фондов по наиболее приоритетным областям науки с теми же задачами./p>

На заседании Совета по науке и образованию 29 октября 2012 года Вами был высказан целый ряд крайне важных положений. Так, подчеркнута необходимость активной поддержки фундаментальной науки. Без этого, действительно, не будет и никаких инноваций. Очень обнадеживает Ваше предложение перевести значительную часть фундаментальной науки на конкурсную основу, причем гранты не должны уступать по размерам грантам в передовых странах. Только так можно остановить утечку лучших мозгов из страны, что, кстати, напрямую связано и с ее обороноспособностью.

Выдаваемые гранты должны обеспечивать проведение исследований на высоком мировом уровне и предоставить ученым зарплату, не уступающую таковой у зарубежных ученых. На сегодня эти «нормальные» гранты, сопоставимые с западными, должны составлять от 5 до 15 млн. руб. в год, в зависимости от эффективности и размеров подразделения и выдаваться сроком на 5 лет. Такое расходование денег будет наиболее продуктивным и позволит нашей науке быстро решить задачи, поставленные Вами на заседании Совета.

На Совете отмечалось, что эталонной программой фундаментальных исследований по эффективности и прозрачности является программа Президиума РАН «Молекулярная и клеточная биология» (МКБ), созданная академиком Г.П. Георгиевым. В ее рамках выполнен целый ряд исследований, превосходящих мировой уровень, и укреплены или созданы сильные подразделения. Именно на базе МКБ и по ее правилам было бы целесообразно организовать первую экспериментальную федеральную программу.

Вслед за МКБ уже в 2014-2015 гг. можно было бы перевести на федеральный уровень и ряд других программ фундаментальных исследований при условии их высокой приоритетности и полной прозрачности.

В последние годы программа МКБ находится в критическом состоянии, что ведет к эмиграции сильных кадров. Максимальные гранты упали до 2, 93 млн. руб. в год на лабораторию. Все министерства не имели права финансировать фундаментальную науку, поскольку считалось, что за нее отвечает только РАН. В то же время РАН лишь сокращает финансирование программы МКБ (как и других) на том основании, что все деньги уходят на обязательные выплаты (фиксированная зарплата, энергообеспечение, налоги и т.п.). Создался тупик. [Все отписываются, а крайне необходимое, в частности, для медицины дело гибнет. – Текст в квадратных скобках в письмо не включен]. Выход программы на федеральный уровень – единственный способ спасения этой важнейшей области науки.

Сегодня в фундаментальной науке России существуют или минигранты (РФФИ – до 500 тыс. руб. в год и многие другие) или мегагранты и мегапроекты (десятки или сотни млн. руб. в год), что не решает выхода науки из кризиса. Практически, совсем не поддержана нормальными грантами фундаментальная наука, включая МКБ, в университетах и вузах. В программах госакадемий, вместо запланированных 25%, на конкурсное финансирование идет менее 10% (на Совете приводилась цифра 3-4%).

Аналогичные программы можно было бы организовать и в других ведомствах, разрабатывающих соответствующие тематики, с последующим слиянием в единые федеральные программы.

Необходимый объем финансирования такой федеральной программы, как МКБ в рамках РАН, составит не более 1,2 млрд. руб. в год на всю страну. Если распространить его на другие ведомства, сумма возрастет примерно до 1,5 млрд. руб. Возможность дальнейшего роста будет определяться общим подъемом науки в стране и индексацией, связанной с инфляцией.

Организация фондов подразумевает создание в их составе кластера программ. Например, фонд «Биомедицина» мог бы включать грантовые программы «Молекулярная и клеточная биология» и «Разработка новых подходов к диагностике и терапии социально значимых болезней».

Во главе программы должен стоять Научный совет из ведущих по мировому рейтингу ученых. Его решения должны базироваться на объективных показателях, указывающих на высокую продуктивность ученых и мировой уровень их работ. Контроль за выполнением всех правил программ, объективностью и прозрачностью конкурсов целесообразно возложить на Министерство образования и науки.

Академики РАН: Асеев АЛ, Богданов АА, Бычков ИВ, Ваганов ЕА, Власов ВВ, Гвоздев ВА, Грачев МА, Гречкин АН, Гришин ЕВ, Дегерменджи АГ, Жимулев ИФ, Журавлев ЮН, Иванова ЛИ, Ильин ЮВ, Кирпичников МП, Кнорре ДГ, Колчанов НА, Коновалов АИ, Коропаченский ИЮ, Кульчин ЮН, Лукьянов СА, Макаров АА, Мирошников АИ, Мясоедов НФ, Никольский НН, Оводов ЮС, Сагдеев РЗ, Свердлов ЕД, Стоник ВА, Тарчевский ИА, Хохлов АР, Шабанов ВФ, Шалагин АМ, Шокин ЮИ.

Идея письма состояла в том, что, если руководство страны не желает поддерживать важную область науки через РАН, оно возможно поддержит его само, через федеральную программу.

Пресс-центр отправил это письмо на рассмотрение министру Минобрнауки Д.В. Ливанову. Ответа оттуда не последовало.

Тогда я встретился с Д.В. Ливановым и напрямую задал вопрос о возможности формирования федеральной программы МКБ. Ответ был отрицательный, но возникла другая возможность. Минобрнауки собирается поддержать в программе «Научно-педагогические кадры» нормальными грантами (до 16 млн. руб. в год на 5 лет) около 1000 лучших, в том числе, вновь создаваемых лабораторий из всех областей науки, выдавая по 200 таких грантов, начиная с 2014 года. Министр сказал, что по мере попадания части лабораторий из программы МКБ в выше указанную программу, они получат необходимое финансирование, а освободившиеся деньги пойдут на увеличение финансирования программы МКБ Президиума РАН.

Этот вариант выглядит привлекательным, но успех зависит от того, насколько значительна будет доля лабораторий, работающих в области МКБ. В передовых странах (США, Зап. Европа, Япония и др.) на МКБ расходуется 40-60% средств, отпускаемых на фундаментальную науку, у нас в РАН – на всю биологию около 15%, а на МКБ – чуть более 5% . Хотя, конечно, у нас физико-математический сектор должен сохранить ведущее положение, но доля МКБ должна возрасти согласно мировым научным тенденциям. Оптимальной величиной для МКБ было не менее 20%, в частности 20% от 1000 лабораторий должны были бы работать в области МКБ (или 40 лабораторий в год). Тогда каждый год из программы Президиума РАН МКБ в программу 1000 лабораторий будет переходить, по моим подсчетам, порядка 30 лабораторий, что позволит за 4 года реализовать предложения 33 академиков.

То же самое будет происходить и с другими программами РАН. Таким образом, программы РАН лягут в основу федеральных программ фундаментальных исследований, которые будут поставлять кадры и в академии, и в университеты и ВУЗы.

Произойдет ли такое слияние, зависит от работы Минобрнауки и Научного совета при нем.

Новые статьи о состоянии МКБ

Состояние проблемы на сегодняшний день –
статья, подготовленная для сайта i-Russia

ХОЖДЕНИЕ ПО МУКАМ или
КАК ГУБИТСЯ РОССИЙСКАЯ ФУНДАМЕНТАЛЬНАЯ НАУКА

Фундаментальная и фундаментальная ориентированная биомедицина лежат в основе развития медицины. Без них в последней не будет никаких инноваций – только слабое повторение западных достижений.

Фундаментальная наука создает не только общий высокий уровень науки в стране и инновационное развитие последней, но и обеспечивает подготовку кадров высшей квалификации для вузов и прикладной науки.

Поэтому резкое недофинансирование фундаментальной науки в нашей стране разрушает всю науку России, а также и инновационное развитие страны, и систему образования. В области фундаментальной биомедицины существует только одна программа фундаментальных исследований, выдающая недостаточные по размеру, но все-таки относительно крупные гранты (максимально на сегодняшний день – 3,5 млн. руб. в гол на научный коллектив), чем другие программы фундаментальной науки. Это программа Президиума РАН «Молекулярная и клеточная биология» (МКБ). Гранты второй биомедицинской программы Президиума РАН «Фундаментальные науки - медицине» еще меньше по размеру. На эти две программы по Центральному региону РФ выделяется 225 и 100 млн. руб. в год, соответственно. Гранты РФФИ совсем малы (300-500 тысяч руб. в год на научную группу), а Минобрнауки и другие министерства вообще фундаментальную науку не поддерживает.

Напомню, что в США на фундаментальную биомедицину государство выделяет около 1 триллиона руб. (в пересчете по курсу). В других передовых странах, фундаментальная биомедицина – тоже приоритетная область науки.

Далее я кратко остановлюсь на истории программы МКБ.

2003 г. Президент РАН Ю.С. Осипов и вице-президент РАН Г.А. Месяц поддерживают мою инициативу по созданию программы Президиума РАН «Молекулярная и клеточная биология» (МКБ) с выдачей крупных грантов на 5 лет наиболее сильным лабораториям и с созданием Новых групп под руководством наиболее сильных молодых ученых, не имеющих пока самостоятельной позиции. На этом этапе максимальная сумма гранта, 4 млн. руб. в год, обеспечивает приличные зарплаты и приобретение необходимых реактивов и малого оборудования. Условие образования программы – ее полная прозрачность и защищенность от коррупции. Для этого создаются детально разработанные и одновременно простые правила проведения конкурса. Сведена к минимуму бумажная работа, отнимающая у ученых огромное количество времени и лишь мешающая правильным оценкам.

2006 г. Общий объем финансирования программы достигает 260 млн. руб. в год (здесь и далее цифры приводятся только для Центрального региона России). Это позволило поддержать около 90 наиболее сильных научных коллективов центральной России, включая Новые группы. Результатом явилось 1) усиление продуктивности российской науки и увеличение числа публикаций в высокорейтинговых международных журналах; 2) появление оригинальных разработок для дальнейшего внедрения в практику [см., например, статьи: Конструктор из молекул в борьбе с раком (С.М. Деев)  08.08.2008, Новая вакцина от туберкулёза не за горами (А.С. Капрельянц) 23.07.2009, Обеспечение безопасности терапии стволовыми клетками (А.Н. Томилин)  29.01.2010, Российские учёные заставили вирус герпеса убивать рак (Е.Д. Свердлов)  06.10.2011, Российские учёные создали препараты для лечения болезни Альцгеймера (В.М. Липкин, М.Б. Евгеньев, Б.А. Маргулис)  15.08.2011 и другие статьи]; 3) резкое замедление эмиграции наиболее талантливой молодежи; 4) возвращение на постоянную работу в Россию ряда сильных научных лидеров; 5) создание образца полностью прозрачной программы в РФ (то, что постоянно требует руководство страны).

2008 г. Из-за идущей в стране инфляции финансирование научных коллективов, удовлетворительное в 2003 г., становится явно недостаточным для полноценной работы. С инфляцией расходы растут не только у пенсионеров, но и в науке. РАН не имеет средств на усиление поддержки МКБ. Поэтому в конце года я обращаюсь с письмом к Президенту РФ Д.А. Медведеву с просьбой о некотором усилении программы. Письмо и приложения передаются для проработки помощнику Президента РФ А.В. Дворковичу. Они отсылаются в РАН и Минобрнауки. РАН отвечает, что средствами на усиление МКБ не располагает, Минобрнауки, что все правильно – программа хорошая, но программы РАН должны финансироваться только РАН.

2009 г. Целый ряд ученых обращается к А.В. Дворковичу с просьбой поддержать программу МКБ. Ведутся активные переговоры с администрацией Президента. Однако в середине года бюджет РАН снижается примерно на 10%, и в Центральном регионе это, прежде всего, ударило по конкурсным программам. Бюджет на 2010 г. программы МКБ, являющейся одним из основных фундаментов приоритетного направления Президента РФ «медицина», снизился до 185 млн. руб., т.е почти на треть.

2010 г. Начинается упадок программы МКБ. Особенно больно бьет снижение финансирования по одному из наиболее ценных компонентов программы – Новым группам (будущему нашей науки). Новые группы, возглавляемые учеными, вернувшимися на постоянную работу из-за рубежа, вообще оказываются в глупом положении – их звали на одни деньги, а после возвращения в страну сразу их сократили. Начинается реэмиграция. 119 крупных ученых обращаются с открытым письмом к Президенту РФ и Председателю правительства РФ с просьбой спасти программу. Письмо направляется по ведомствам и на этот раз поддерживается РАН, Минобрнауки и Минздравсоцразвития. Направляется письмо Минобрнауки в Минфин с просьбой увеличить бюджет программы на 2011 г. на 500 млн. руб. в год (из расчета на всю Россию) через РАН, выделив ей эту сумму с целевым назначением. Рабочая группа Минфина, представитель которой отказался даже встретиться со мной, чтобы обсудить вопрос, отклоняет увеличение финансирования программы.

Мое письмо по этому поводу, адресованное Президенту РФ, переправляется в Минфин, откуда приходит ответ, подписанный замминистра, но явно составленный не им, а малограмотным чиновником. Он приписывает мне утверждения, которых в моем письме вообще нет, и борется с ними, а также рекомендует обратиться в другие фонды, включая Российский гуманитарный научный фонд (!!!). Вообще же, основной рефрен – программу должна финансировать РАН из выделенных ей денег, а мы в ее дела не вмешиваемся. Далее я встречаюсь с президентом РАН Ю.С. Осиповым. Он выделяет МКБ дополнительно 40 млн. руб. (общая сумма – 225 млн. руб., что не восстанавливает уровня 2008 г.). Гранты 2011 г. ниже, чем в 2003-2009 гг.! Другие программы вообще прироста не получают. Дело в том, что у РАН много обязательств по выплате фиксированных зарплат, растущим ценам на отопление и электричество, налогам и т.д. Никакой поддержки не удается получить и в департаменте Правительства РФ по науке и технологиям. Отговорка: фундаментальная наука полностью курируется РАН, а в ее дела мы не вмешиваемся.

2011 г. Встречаюсь с помощником Президента РФ А.В. Дворковичем и объясняю тупиковую ситуацию. (1) Программа МКБ является основной составляющей фундаментальной биомедицины. Без ее развития не будет инноваций в области медицины, в частности, создания действительно новых лекарственных средств. Других эквивалентных программ не существует. (2) Минфин считает, что денег РАН отпускается достаточно для того, чтобы обеспечить необходимое финансирование МКБ. (3) РАН приводит данные, что весь бюджет съедается растущими обязательными расходами, и увеличить средства на конкурсные программы невозможно. Все правы, а наука, нужная для инновационного развития страны, быстро разрушается.

Мое предложение в администрацию Президента РФ состояло в том, чтобы увеличить бюджет программы на 2012 г. хотя бы на 355 млн. руб. на всю РФ (минимальная сумма для адекватного размера грантов без увеличения их числа) строго целевым дополнительным вливанием в РАН от государства, а с 2013 г. организовать Федеральную программу МКБ, включающую все сильные научные коллективы страны, а не только РАН, но обязательно по правилам программы МКБ, единственной на сегодня полностью прозрачной программы, что уже признается большинством научной общественности да и рядом чиновников.

Через 2 месяца после встречи, по рекомендации А.В. Дворковича, я изложил эти положения на сайте i-Russia, после чего они были посланы в Правительство РФ заместителю Председателя А.Д. Жукову. Из его аппарата материалы снова отправлены во все министерства, РАН и РАМН. В пришедшем ответе от лица Минздравсоцразвития, Минобрнауки и Минфина на этот раз звучит негативное мнение Минфина, причем опять приводится среди рекомендуемых источников финансирования МКБ Российский фонд гуманитарных исследований!!! Выглядит как издевательство! Видимо, ответ готовил один и тот же чиновник. Похоже, что все снова пойдет по дважды пройденному кругу и снова замкнется в том же тупике, когда каждому важно отписаться, а дело, пускай, стоит на месте.

При этом вложения государства в науку непрерывно растут, причем деньги идут на многомиллиардные, не всегда хорошо продуманные проекты. Но найти сравнительно небольшую сумму, чтобы поддержать эффективно работающую программу, невозможно. Зарубежный ученый, проводящий в России 4 месяца в году получает грант в 50 млн. руб. в год, а не уступающий ему ни в чем российский ученый в важнейшей области науки – грант в 3,5 млн. руб., а довести его до 8 млн.невозможно. Между тем, МКБ могла бы стать эталоном для многих других программ.

Чтобы разрубить порочный круг, убивающий нашу фундаментальную биомедицину, было бы важно провести встречу представителей руководства страны, могущих принимать решения, представителей РАН и членов Научного совета МКБ для выработки конструктивного решения по МКБ. Следует понять, может ли РАН выделить МКБ необходимую сумму (не надо забывать и о других программах РАН, некоторые из которых также следовало бы усилить) или эти небольшие затраты могло бы взять на себя Минфин. Как уже говорилось, с 2013 г. ряд программ фундаментальных исследований стоило бы перевести в ранг федеральных, но работающих по разумным правилам, предлагаемым учеными, а не чиновниками.

Сейчас делаются попытки руководства страны перейти от сырьевого пути развития экономики к инновационному. Поэтому особенно важно понять, что без сильной фундаментальной и ориентированной науки (неважно, где она – в РАН или университетах) не будет никаких технологических инноваций. Необходимо поддержать все те научные коллективы страны, где эта наука развивается на мировом или обгоняющем мировой уровень, а также создать новые подразделения под руководством наиболее талантливой молодежи, что и должны осуществлять программы фундаментальных исследований РАН, а в дальнейшем и федеральные. Такой путь существенно эффективнее стратегии выдачи мегагрантов иностранцам. Как это сделать, видно на примере программы МКБ и уже не раз описывалось в печати (см. статьи: Научный энтузиазм – это главная мотивация (А.С. Капрельянц)  28.12.2009, Спасти рядового Braina (Д. Чудаков) 25.03.10, Реформа РАН – это несложно Секреты успеха программы Молекулярная и клеточная биология  28.05.2010 и другие, а также сайт программы МКБ molbiol.edu.ru). Хочу в заключение подчеркнуть, что затраты на фундаментальную науку, если не гнаться за мега и гигапроектами, намного меньше, чем на реализацию уже подготовленных в ее недрах инноваций. Но без нее не будет и последних.

Статья, подготовленная к печати.

Молекулярная и клеточная биология как фундамент медицины

Часто задается вопрос, для чего нужна фундаментальная наука и, в частности, молекулярная и клеточная биология (МКБ). Если говорить о фундаментальной науке вообще, то, прежде всего, следует вспомнить, что без развитой фундаментальной физики мы не создали бы ядерное оружие и сегодня были бы в положении Югославии или Ирака, если не в гораздо худшем, ибо наши природные ресурсы есть, кому прибрать к рукам.

Теперь об МКБ. Простейший довод: вряд ли передовые западные страны тратили бы на эти области науки около половины всего научного бюджета, если бы они не играли ключевой роли в нынешнем развитии науки и инноваций, прежде всего, в области медицины.

Но отойдем от финансовой стороны и остановимся на научных реалиях МКБ. Некоторые считают, что с расшифровкой генома человека и других организмов МКБ закончилась, по крайней мере, фундаментальная МКБ. Однако почти каждый год МКБ преподносит неожиданные и непредсказуемые результаты, часто полностью меняющие наши представления о предмете. Так, например, несколько лет назад было открыто ранее неизвестное семейство маленьких РНК, состоящих из пары десятков звеньев-нуклеотидов. Неожиданно оказалось, что они играют огромную роль в жизни клетки, участвуя в регуляции экспрессии многих генов. Более того, нарушения их образования могут быть связаны с развитием ряда заболеваний, в том числе, онкологических. Используя малые РНК можно легко подавлять активность того или иного гена, с участком которого эта РНК имеет одинаковую структуру. Метод нашел широчайшее применение для выяснения функции генов, для которых определение структуры генома мало, что дает.

В России ближе всего к открытию малых РНК и их роли, у его истоков стояли в конце 90-х гг. ученые Института молекулярной генетики РАН (ИМГ), Института цитологии РАН и Института биологии развития РАН, но убогое финансирование не позволило им поставить решающие опыты, напрямую подтверждающие роль малых РНК в регуляции. Очередная Нобелевская премия прошла у нас мимо носа.

Сегодня исследования малых РНК начинают широко применять для диагностики и терапии рака, в том числе, в Институте химической биологии и фундаментальной медицины СО РАН, где с помощью химических модификаций сильно повышают их эффективность.

Как это, так и другие описанные ниже исследования ведутся в России в рамках программы «МКБ» Президиума РАН, начатой в 2003 г. При этом я в большей степени останавливаюсь на примерах из работ, проводимых в Институте биологии гена РАН (ИБГ).

Одним из центральных вопросов фундаментальной МКБ является выяснение механизма регуляции активности генов. Давно известно, что основная роль в регуляции работы генов, т.е. в синтезе на их матрицах мРНК (матричных РНК), на которых затем синтезируются белки, принадлежит регуляторным элементам генома (специальные короткие отрезки ДНК) и регуляторным белкам, взаимодействующим с этими элементами.

Известен целый ряд регуляторных элементов, выполняющих разные функции в зависимости от того, с какими регуляторными белками они взаимодействуют. Не вдаваясь в детали, отмечу, что для одного из классов таких важных регуляторных элементов, именуемых инсуляторами, в ИБГ были открыты совершенно новые функции, что привело к пересмотру устоявшихся в мировой литературе представлений относительно участия инсуляторов в контроле генетической активности. Функции инсуляторов оказались гораздо более широкими и разнообразными, чем это ранее предполагалось. В результате, естественно, расширились и возможности их практического использования для генной инженерии.

Далее, в том же институте совместно с Институтом молекулярной биологии РАН (ИМБ) были открыты новые белки – регуляторы активности генов, которым принадлежит важнейшая роль в контроле и в сопряжении отдельных этапов экспрессии генов: синтеза мРНК, ее транспорта к ядерной мембране, переноса в цитоплазму, где и осуществляется образование кодируемых генами белков.

Уже эти примеры показывают, что до окончательного понимания процессов жизни и их регуляции мы все еще далеки, нас ждет много неожиданностей и что российские ученые находятся в ряде областей на самых передовых рубежах мировой науки.

Данные работы – чисто фундаментальные, выясняющие, как устроена машина синтеза РНК и ее регуляция. Однако на базе понимания регуляции работы генов строятся важные области социально ориентированной науки, во-первых, производство лекарственных белков человека в культурах клеток или в трансгенных животных и, во-вторых, генная терапия. Здесь, особенно на втором направлении, мы еще находимся в самом начале пути, и основные достижения принадлежат будущему.

Именно благодаря развитым фундаментальным исследованиям по регуляции активности генов в ИБГ удалось впервые в России осуществить получение трансгенных коз, продуцирующих в молоке лекарственный белок лактоферрин человека (ЛФЧ). В лаборатории, работающей над проблемами регуляции экспрессии генов, были созданы генные конструкции, содержащие ген ЛФЧ и целый набор регуляторных элементов, отвечающих за активный синтез ЛФЧ именно в молочных железах. В другой лаборатории эту конструкцию ввели в оплодотворенные яйцеклетки коз, что привело к получению первичных трансгенных животных, т.е. животных, у которых данная конструкция внедрилась в геном. На их основе создано небольшое пока стадо коз-продуцентов, дающих молоко, содержащее в среднем 3 г. ЛФЧ на 1 л. молока. Таким образом, чисто фундаментальные работы привели к практически важному результату – получению недорогого и безопасного источника сильного антимикробного, стимулирующего иммунитет белка человека. Его применение очень широко – защита от инфекций недоношенных и находящихся на искусственном вскармливании детей, борьба с больничными инфекциями, терапия ряда вирусных заболеваний и многое другое.

Важно, что это удачное начало открывает путь для получения в России и других лекарственных белков человека. Число нужных для медицины белков человека уже перевалило за сотню и продолжает непрерывно расти. Надо лишь понять, где целесообразнее, получать каждый из требуемых белков, в молоке или в культуре клеток. Кстати, в институте уже разработаны новые более эффективные конструкции и для культур клеток.

Важным направлением МКБ является изучение генов, контролирующих клеточные функции. В ИБГ в ходе поиска генов, влияющих на метастазирование, был открыт ген tag7 и кодируемый им белок Tag7. Последний неожиданно оказался защитным противораковым белком. Заранее предсказать это было невозможно. Как оказалось, Tag7 обладает рядом противоопухолевых активностей.

Далее последовало изучение фундаментальной проблемы клеточных войн, происходящих в организме, одной из важных проблем МКБ. Известно, что в редких случаях происходит самоизлечение от рака. Очевидно, что здесь играют роль защитные клетки организма. Работы в этом направлении ведутся давно, и было показано, что важную роль в уничтожении раковых клеток играют так называемые натуральные киллеры (врожденный иммунитет) и цитотоксические Т лимфоциты (приобретенный иммунитет).

Однако после открытия белка Tag7 оказалось, что число участников войны против опухолей больше. В ИБГ были выявлено два новых семейства Т лимфоцитов, участвующих в войне против опухолевых клеток. Клетки одного из них убивает раковые клетки, секретируя комплекс Tag7 с другим белком (БТШ-70). Выделяемый комплекс токсичен для многих опухолевых клеток. Клетки другого семейства Т лимфоцитов связываются с помощью белка Tag7 с опухолевыми клетками и убивают их контактным способом. Таким образом, белок Tag7 оказался сильным белковым оружием в войне лимфоцитов с клетками опухолей. Кроме того, совсем недавно показано, что, если Tag7 вырабатывается опухолевыми клетками, то к ним активно устремляются натуральные киллеры, убивающие эти опухолевые клетки.

Из фундаментальных работ, результаты которых нельзя было заранее предсказать, вышла на свет новая идея ориентированных исследований – создание вакцин на основе инактивированных опухолевых клеток, продуцирующих белок Tag7. Из взятых у пациентов фрагментов опухолей получали клеточные культуры и встраивали в их геном конструкции, продуцирующие белок Tag7. Полученные таким образом вакцины вводили пациентам с тем же типом опухоли. На доклинических опытах на мышах были получены очень обнадеживающие результаты.

Один из видов вакцины, а их сейчас приготовлено несколько разных типов, был проверен в клинических испытаниях на безнадежных больных, на которых до этого испробовали без успеха разные типы терапии. У четверти больных происходили временная остановка роста опухоли или ее частичное разрушение. Полного излечения на столь позднем этапе болезни удалось добиться лишь в единичных случаях. Испытания не были доведены до конца из-за появления новых правил, что пока полностью затормозило дальнейшую работу в клинике. Правда, за это время были разработаны и проверены на животных более эффективные типы вакцин, и поняты причины того, почему к вакцинотерапии чувствительна только часть опухолей.

Я не думаю, что один тип терапии может до конца излечить от опухоли. Опухолевые клетки обладают неприятной способностью ускользать от терапевтических воздействий благодаря своей высокой изменчивости вследствие многочисленных мутаций, т.е. изменений в геноме. Обычные клетки с поврежденной ДНК кончают жизнь самоубийством, путем, так называемого, апоптоза. В опухолевых клетках механизм апоптоза нарушен, и мутанты дают потомство. Среди них изредка встречаются клетки, устойчивые к проводимому лечению. Они успешно размножаются, и опухоль прогрессирует.

Поэтому следует стремиться к разработке разных типов терапии с использованием разных технологий и направленных на различные мишени. При одновременном применении нескольких разных терапевтических подходов вероятность приобретения устойчивости к терапии должна стать ничтожной. Трудно представить, что в одной и той же опухолевой клетке произойдут одновременно несколько независимых «защитных» мутаций.

Один из новых подходов к терапии рака также возник на основе фундаментальных исследований. Проводилось изучение механизмов транспорта макромолекул в клетке. На основании полученных данных возникла идея доставлять лекарственные препараты направленно в ядра опухолевых клеток, ДНК которых является для них основной мишенью. Для этого были созданы так называемые модульные нанотранспортеры (МНТ). Наиболее эффективные результаты были получены на примере доставки источников излучений, действующих на очень коротких дистанциях, меньших, чем радиус клеточного ядра. ДНК, находящаяся в ядре, как раз и является основной мишенью для убийства клетки с помощью излучений. Вместе с тем, находящийся вне ядра такой излучатель практически не повреждает клетку.

МНТ – это искусственные белки, получаемые генно-инженерным путем. Они содержат независимые друг от друга блоки – модули, соединенные между собою короткими мостиками. Один из модулей связывает излучатель, другой находит раковую клетку определенного типа, третий переносит всю конструкцию в цитоплазму, а четвертый – в ядро раковой клетки. В результате излучатель оказывается рядом с мишенью, ДНК, и убивает клетку. Модули можно заменять, настраивая их на тот или иной тип опухоли или на связывание определенного излучателя.

При использовании излучателей кислородных радикалов, связанных с МНТ, их деструктивная активность по отношению к опухолевым клеткам растет в тысячи раз по сравнению с излучателем в свободном состоянии. При работе с излучателями Оже-электронов эта разница составляет уже десятки тысяч раз. Решается главная проблема лучевой терапии – избирательное уничтожение опухолевых клеток при отсутствии повреждения нормальных. Эта оригинальная технология, разработанная в ИБГ совместно с МГУ, проходит доклинические испытания и готовится к клиническим испытаниям в России и в США.

В Институте биоорганической химии РАН (ИБХ) создана система избирательной доставки токсинов к опухолевым клеткам с помощью комплекса барназа-барстар, а также разработано введение в клетки генов, кодирующих токсины, под контролем регуляторных элементов, активных только в опухолевых клетках. Эти технологии не перекрываются по механизму с описанными выше технологиями, и поэтому комбинации, основанные на их одновременном применении, могут оказаться весьма эффективными. Развитие работ по новым методам терапии опухолей тормозятся дороговизной самих работ, но особенно доклинических и клинических испытаний и их неизбежной длительностью. Фирмы же не интересуются работами, результаты которых не несут немедленной выгоды. По моим расчетам, при нынешних правилах проведения испытаний комбинированная терапия, о которой идет речь, даст свои результаты примерно лет через 10, но при условии адекватного финансирования.

Онкология – далеко не единственная область для практических выходов МКБ в медицину. Нельзя не отметить важных работ, ведущихся в основном в лабораториях ИБХ, по аутоиммунным заболеваниям. При этом клетки, выполняющие обычно защитные функции в организме, начинают атаку против определенных нормальных клеток. Получено много оригинальных фундаментальных данных о свойствах этих клеток, и намечены новые пути для терапии.

Сейчас огромный интерес вызывает заместительная терапия при помощи стволовых клеток, например для лечения инфарктов миокарда и поражений нервной системы. Разработан ряд методов получения стволовых клеток: из эмбрионов, из различных тканей, из обычных соматических клеток путем введения в них нескольких генетических конструкций. Однако механизм дифференцировки стволовых клеток в разные типы клеток еще далек от полного понимания, и здесь активно развиваются серьезные фундаментальные работы.

Одновременно с этим, при практическом использовании стволовых клеток очень важно избежать возникновения из них опухолей. Такая работа с успехом ведется в Институте цитологии РАН. В стволовые клетки вводится ген-убийца под такими регуляторными элементами, которые позволяют ему работать только в стволовых клетках. Он кодирует фермент тимидинкиназу, которая сама по себе вреда клетке не приносит, но при добавлении тоже безвредного вещества ганцикловира, превращает последний в токсин, убивающий клетку. После того, как стволовые клетки прошли этап дифференцировки, ген-убийца перестает работать. Оставшиеся недифференцированными клетки, могущие привести к развитию опухоли, продолжают вырабатывать фермент. Если теперь добавить к клеткам ганцикловир, то избирательно уничтожаются только оставшиеся недифференцированные стволовые клетки, в которых ген-убийца продолжает работать. Вероятность возникновения рака из трансплантата резко снижается. Этот подход должен приблизить широкое использование стволовых клеток в практической медицине.

Целый ряд исследований в области МКБ посвящен фундаментальным вопросам развития нервной системы и нейродегенеративным заболеваниям, в частности, самому распространенному среди них – болезни Альцгеймера. В фундаментальных работах ИМБ установлены ее молекулярные механизмы: образование из «здорового» белка бета-амилоида «больной» формы, содержащей одну измененную (изомеризованную) аминокислоту. Вокруг таких «больных» молекул формируются токсичные для нервных клеток крупные агрегаты нормального бета-амилоида. В эксперименте введение животному в кровь «больных» молекул приводит к развитию заболевания.

На основании этого исследования предложен метод ранней диагностики болезни. Далее разработан и апробирован на животных метод лечения, основанный на разрушении токсичных агрегатов белком БТШ-70. Последний вводится в полость носа и проникает в клетки мозга, оказывая терапевтическое действие.

Среди внедренных в медицинскую практику достижений МКБ является создание в ИМГ препарата семакс, который обладает широким спектром действия, в частности, для лечения инсультов.

В Институте биохимии РАН велось исследование функций генов туберкулезной палочки. Было установлено, что три гена вырабатывают белки, которые определяют переход возбудителя туберкулеза из дремлющего состояния в активное. Инактивация этих трех генов не вела к утрате жизнеспособности бактерий, но препятствовало развитию болезни. Отсюда возникла идея использовать штаммы туберкулеза, лишенные упомянутых генов, как живую вакцину против туберкулеза. В опытах на животных эта идея себя полностью оправдала.

Говоря о туберкулезе, нельзя не упомянуть уже внедренную в медицинскую практику разработанные в ИМБ тест-системы на основе биочипов, которые позволяют идентифицировать более 50 мутаций, связанных с разными формами микобактерий туберкулеза, в частности устойчивыми к терапии антибиотиками. Разрабатываются оригинальные методы борьбы с различными вирусными инфекциями, в частности, против столь опасной как СПИД: в ИМБ для этого успешно используются на животных моделях новые химические соединения и вакцины, полученные на базе модифицированной ДНК вируса, так называемые ДНК-вакцины.

Огромное значение имеют социально ориентированные исследования в области МКБ, направленные на поиск генов, определяющих возникновение болезней или вызывающих предрасположение к ним. Это касается и онкологических, и сердечнососудистых и неврологических и многих других социально значимых болезней. В мировой науке накоплен очень большой материал, но до составления полного списка «вредных» генов, т.е генов, содержащих мутации, ведущие к болезням, еще далеко. Работа должна продолжаться, причем она активно ведется и в России, часто в сотрудничестве с зарубежными лабораториями в составе консорциумов. Следует упомянуть работы ИМБ, ИМГ и других.

Если такие мутации открыты, то их последующее выявление не представляет труда в рамках разработанных в ИМБ технологий выявления у людей мутаций в подозреваемых генах. В ряде случаев выявление вредного гена позволяет устранить патологию с помощью лекарственных белков человека, в других – вести тщательное наблюдение за таким человеком, чтобы начать лечение при первых симптомах болезни. Идеальным решением явилась бы генная терапия, т.е. замена измененного гена на нормальный. Эта, одна из важнейших, задач МКБ пока еще не решена, хотя имеется ряд интересных идей и активно ведется экспериментальная работа. Вопрос несомненно, будет решен, но когда – точно предсказать невозможно.

Из изложенного видно, что в исследованиях по МКБ, проводимых в России наработано много подходов для терапии социально значимых заболеваний. Разумеется, в короткой статье можно охватить лишь небольшую часть всех достижений. К сожалению, в большинстве случаев не решена проблема перехода от опытов на животных к постели больного, т.е. к клиническим испытаниям.

Резюмируя, отмечу, что в чисто фундаментальной МКБ, достигшей за неполных 60 лет феноменальных успехов, остается еще множество нерешенных вопросов, на пути решения которых могут возникнуть самые непредвиденные результаты и открыты новые закономерности жизни. Естественно, при этом будут появляться и новые практические приложения, прежде всего, в медицине.

Что же касается социально ориентированной МКБ, то здесь, наряду с крупными достижениями, имеется еще более широкое поле поиска новых решений практических задач. Особенно сложным является генная терапия, направленная на устранение тех многочисленных генетических дефектов, которыми обременено современное человечество. От развития МКБ в значительной мере зависит будущее медицины, а, в конечном итоге, здоровье нации.

Было бы очень важно объединить усилия ученых РАН, Минздрава, РАМН, медицинских институтов и университетов в исследованиях по МКБ, возможно, путем создания государственной программы «МКБ и медицина». При ее создании следует использовать огромный опыт, накопленный программой Президиума РАН «МКБ». В частности, важно взять на вооружение принятые в ней правила проведения конкурса и отчетности, которые обеспечивают объективный отбор сильнейших, поддержку талантливой молодежи и максимальную научную отдачу.